ВРЕМЯ ДЛЯ РАЗВИТИЯ - Алексей Сергеевич Удовиченко

новом воспроизводстве труда. Кто сумеет найти наилучший способ концентрации гигантских ресурсов для этого перехода, будет иметь наилучшие шансы на лидерство. Американский историк Адам Туз считает здесь наилучшими шансы США, так как они являются лидерами во многих из этих технологий и у них есть успешная история достижения мирового лидерства не за счёт выдающегося человеческого капитала или качественного превосходства в вооружениях, но благодаря возможности тратить колоссальные ресурсы на развитие технологий[13]. Но найдут ли они способ вовремя сконцентрировать ресурсы, адекватный именно нашему времени?

Как же их нужно концентрировать для развития в нашу эпоху, с её новыми возможностями и методами? Многие экономисты все ещё твердят, что для содействия развитию нужно поощрять конкуренцию и проводить антимонопольную политику. То есть применять стандартное рыночное регулирование, игнорируя передовые достижения монополистического развития. Принцип поощрения конкуренции слепо переносится даже на валютные системы — говорят и о конкуренции валют, хотя они эмитируются по совершенно различным принципам и, по сути, не являются сопоставимыми. Между тем уже более столетия производительные силы развиваются в основном в крупных, монопольных комплексах, концентрирующих ресурсы для разработок и их внедрения и защищающих свою интеллектуальную собственность патентами. Только они способны экономически оправдать нововведения за счёт крупного масштаба их внедрения. За счёт мозаики миллионов юридических лиц создаётся видимость конкурентного моря производителей, однако не секретом является тот факт, что около 90 процентов активов в мире принадлежит нескольким сотням групп бенефициаров[14]. Или даже всего четырём группам[15]…

Развитие конкурентное — рост богатства за счёт поставок на растущий рынок.

Развитие монопольное — рост богатства за счёт концентрации ресурсов в монополиях и повышения эффективности их использования, широкого внедрения передовых технологий.

Причём это касается не только стран ядра мировой экономической системы. В исследовании Организации экономического сотрудничества и развития по практике корпоративного управления в 2021 году статистически выявлены доли открытых компаний в десятках юрисдикций, где крупнейшему акционеру (или трём крупнейшим вместе) принадлежит более 50 % уставного капитала компании. На половине рынков, по крайней мере, одна треть всех листинговых компаний имеет одного собственника, владеющего более 50 % капитала. В России, Перу, Колумбии и Индонезии более 60 % компаний имеют одного акционера, владеющий более чем половиной уставного капитала[16]. По-видимому, эти страны просто недостаточно овладели искусством прятать реальных бенефициаров…

Таким образом, де-факто созданы мировые монополии, но они подчинены не всеобщим интересам, не цели устойчивого развития, а частным интересам нескольких групп людей. Вот эта ситуация и стала преградой в развитии производственных отношений, которые в свою очередь тормозят развитие производительных сил (техники и трудящихся). Попытки решить эту проблему за счёт политики социальной и экологической ответственности корпораций оказываются недостаточными, нужно что-то посильнее.

Меньшевизм — власть малых групп или меньшинств. Может маскироваться под большевизм. Является развитием страхов мальтузианства, как большевизм является научным развитием стихийного стремления к справедливости.

Требуется идея, которая реализует потенциал существующих и нарождающихся производительных сил. Эта идея должна подходить более всего для передовых отраслей. Это должна быть новая концепция инновационного развития.

Большевизм — поддержка прогрессивной тенденции в развитии общества. Реализация коренных, то есть основополагающих, обеспечивающих свободное развитие, интересов большинства членов общества.

За счёт её поддержки во всех группах, приводит к реализации творчества масс с опорой на разнообразие человеческих способностей, использование достижений развивающейся системы знаний (науки). Требует понимания самодвижения общественного развития, что и даёт возможность опираться не на группы, а на прогрессивные тенденции в обществе. Приводит к увеличению свободы от материальных ограничений за счёт знаний.

Прогресс — развитие в сторону удовлетворения коренных интересов большинства, а в конечном итоге — всех членов общества. Наука — система знаний.

3. Рост доли труда в производстве по заказам за счёт доли труда в производстве для продажи через рынок

Старые подходы — поощрение конкуренции через антимонопольную политику и свободный рынок — были адекватны примерно в 19‑м и начале 20‑го столетий. Это последний период, когда было возможно производить высокотехнологичную технику для неизвестного заранее потребителя, для обмена через продажу на рынке.

Обмен — взаимная и взаимообусловленная передача чего-либо, принадлежащего двум субъектам (может относиться как к вещам, так и к мыслям) — определение М. В. Попова.

также

Обмен — взаимное отчуждение продукта труда и иных объектов собственности на основе свободного договора или соглашения (определение Большого энциклопедического словаря).

С тех пор происходит постоянный рост производства на заказ, и это уже по-другому воспроизводимый труд.

Труд — целесообразная деятельность по созданию материальных благ. Атрибут целесообразности делает это определение подходящим для конкретного труда или труда в массовом производстве на заказ (позаказного труда). Целесообразность также предполагает творческую составляющую в труде.

также

Труд — обмен веществ между человеком и природой, в ходе которого человек приспосабливает вещество природы к удовлетворению своих потребностей. Это определение ближе к содержанию товарного труда, т. к. здесь нет атрибута целесоообразности. Такой труд может быть отлучён от конкретного потребителя, здесь возможна проблема отчуждения.

Здесь придётся использовать несколько сложных политэкономических категорий. Они вскрывают изменения в сущности современного труда, а без них мы не поймём сущность проблемы нашего времени. Труд, продаваемый через рынок рабочей силы, — это труд в товарном производстве (для неизвестного трудящемуся потребителя, товарный труд), имеет конкретный (конкретный трудовой процесс) и абстрактный всеобщий (рабочее время) моменты. Абстрактный всеобщий момент труда производит прибавочную стоимость (прибыль)[17] — это было открыто Карлом Марксом и указало на источник прибыли во всеобщем товарном хозяйстве (то есть при капитализме). Конкретный труд производит потребительные стоимости (полезные вещи), абстрактный всеобщий труд есть «застывшее рабочее время»[18] (время, потраченное на производство потребительной стоимости). Все это верно для капитализма эпохи свободной конкуренции, домонополистического.

Товар — продукт, произведённый для обмена через рынок для неизвестного потребителя.

Капитализм — всеобщее товарное хозяйство.

Социализм — монополия, подчинённая всеобщему благосостоянию и свободному всестороннему развитию каждого человека.

Самое главное здесь то, что товарный труд — это труд, отлучённый от конкретного потребителя его продукта. Поскольку он сам продаётся как товар и используется для производства товаров. Труд безразличен к потребителю. Капиталист пользуется этим для того, чтобы фактически выступая посредником экспроприировать прибавочный продукт. Это называется проблемой отчуждения труда.

При этом труд, по определению, есть целесообразная деятельность по созданию материальных благ. Значит, товарный труд — интеллектуально выхолощен этим отчуждением от конкретного потребителя.

Труд же в массовом производстве на заказ (позаказный труд) возрождает свою целесообразность. За счёт новой технологической базы он снова способен создавать целесообразный эффект (прирост свободного времени общества — трудовую потребительную стоимость). Так как производство на заказ